Влад · Васюхин: · Dance · or · Die

Был в Питере.
Как-то спонтанно, но продуманно получилось.
Два с половиной дня оказались под завязку наполнены встречами с прекрасным (и прекрасными!).
Во-первых, два концерта Аллы Демидовой - ради них и летал: в субботу она читала в Театре Додина поэтов Серебряного века, а в воскресение - "Поэму без героя".
Ахматовскую вещь я в ее исполнении никогда не слышал, а вот поэтов начала века - не раз, но Демидова меняет программу (жаль, не шутки в ней!), и было много "новых" стихов. И даже "новые" авторы - Елена Гуро, к примеру. А вот моего любимого Ходасевича в этот раз не читала.
Читает она абсолютно молодым чистым голосом, держится величаво, стареет красиво... Можно, конечно, А.Д. послушать и в Москве, но в СПб как-то органичнее, приятнее, небанальнее, культурнее, да и читала она поэтов, живших в городе на Неве, ходивших по этим проспектам и набережным.
В пятницу слушал в Мариинке "Тоску" со знаменитым Галузиным в партии Каварадосси. Тоску пела не Мария Гулегина, на которую ставился спектакль, а украинская примадонна Татьяна Анисимова. К голосам вопросов нет, но режиссура, декорации и костюмы как-то озадачили.
В Питере в этот уик-энд проходил съезд "Единой России". Мы об этом не знали. Но подъехали к Эрмитажу, вылезли из такси на пустую набережную - дождь лил, а мимо проносится вдруг целая кавалькада с флажками на капотах - кого-то гипер-важного везут.
"Ничего себе у вас губернатор ездит..." - ну а кто еще мог ехать.
"Да, она такая..." - говорит моя спутница.
Оказывается, нет, не Матвиенко. Это мимо нас или ВВП или ДАМ летел, или оба вместе (хотя вряд ли президент с премьером могут в одном транспортном средстве передвигаться).
А вечером Демидова сказала на концерте, что "в городе перекрыли почти все светофоры" и она боялась, что зрители не доберутся. Ну мы этого не заметили - ни перекрытых улиц, ни ее боязни, ни делегатских физиономий. Правда, когда мы шли из кофейни "Зингер", меня окликнул по имени кто-то слабо знакомый (я так и не вспомнил кто, кажется, какой-то мутный пиарщик) и спросил: не на съезд ли я приехал? Я едва сдержался, чтоб не ответить сочной лексикой...
В Эрмитаже посмотрели, естественно, моих любимых Матисса и Пикассо. И несколько временных выставок, в первую очередь, молодых британских художников из галереи Саатчи, "Новояз" она называется. Ради нее и ехали туда. Неровная она, конечно, но многое понравилось.
Да, еще зашли в мемориальную квартиру Достоевского, в его последний приют, где Ф.М. и умер. Она в Кузнечном переулке, не очень далеко от додинского театра. Я только потом уже, по пути на концерт, вдруг понял, что в квартире нет спальни: или не показывают, или иная причина.
На следующий день с утра пораньше в Русском музее промчался по двум выставкам - только что открытая - Веры Мухиной (она, оказывается, не только гениальный скульптор, но и чудесная художница), и отличная выставка в честь Дягилева и его сезонов.
Закончилось все (после "Поэмы без героя") полуночным просмотром в мультиплексе на Невском фильма-катастрофы "2012". Достойное кино: держит в тонусе все время, а один из главных героев (писатель) просто списан с меня...
Из других впечатлений: посетили приличный итальянский ресторан "Солнце" - он в двух шагах от Пяти углов, где я останавливался на этот раз. Хотя в особняке у Риты в Царском Селе, куда мы зарулили на воскресный обед с Татьяной М. и Андреем А., главным редактором газеты "На Невском", было еще вкуснее и душевнее...
Несмотря на перманентный дождь - "а что ты, москвич, хочешь, нормальная питерская погода!", и мою полулюбовь-полуненависть к Питеру, питерскому и питерским, я, как теперь понимаю, страшно доволен этим уик-эндом...

Это напоминает анекдот: на вопрос о вечерних планах я опять отвечаю, что иду в театр. Матушка смеется: "Да ты там вчера был!" и говорит ужасы про грипп. Но я уже, дай Бог, переболел.
Вчера ходил в МХТ на премьерное "Дворянское гнездо". К своему стыду Тургенева я не читал или читал наискосок, фильм Кончаловского не смотрел, поэтому за сюжетом следил с интересом, как за новой драмой.
Марина Брусникина поставила нормальный классический спектакль, добротный, без выкрутасов. Ее за это уже упрекают критики, как и за то, что главная роль (Лаврецкого) отдана "деревянному" Дмитрию Дюжеву, которому, мол, только братков играть, а не дворян.
А мне спектакль понравился именно своей спокойной нормальностью (такой Малый театр). К молодым могут быть претензии (хотя на Дюжева наезжают зря), но очень хороши народные артисты Нина Гуляева и Дмитрий Назаров.
В гардеробе заметил, что некоторые дамы с заплаканными глазами - вот она великая сила искусства!..
А сегодня шикарный Соловьев (только что вернувшийся с Бали, похудевший и загоревший) вытащил меня на развеселую эстонскую "Чайку", которую показывали в рамках фестиваля "Сезон Станиславского". Соловьевский журнал - информационный спонсор, у него билетов, как у Матроскина гуталина. Но он благородно делится с персонажами вроде меня, которые всюду ходят за свой счет.
Итак, еще одна "Чайка". Продукция таллинского театра Von Krahl, поставил и дописал Чехова - изобретательно и живенько - финский режиссер Кристиан Смедс.
Один из приколов - Аркадину играет знаменитый эстонский актер Лембит Ульфсак ("Легенда о Тиле", "Мэри Поппинс, до свидания!", "В поисках капитана Гранта"), а Треплева - его родной сын Юхан. Ульфсак-старший ходит в черном платье и на каблуках, но без парика. Сорина обратли женщиной, то есть, не братом, а сестрой. Шамраева, Полину и Дорна убрали вообще.
К Чехову добавлено много своих слов и фразочек (длится спектакль три с половиной часа), но это почему-то не бесит и даже не раздражает, как в "Вишневом саде" Марка Захарова, где все перелицовки пьесы оборачиваются чудовищной пошлостью, глупостью и тупостью. А здесь - шоу, театральное хулиганство, авангард. Иногда, правда, шоу провисает и буксует, от гэгов становится скучно.
Множество режиссерских находок (фарш из чайки, допустим, или внезапный переход на русский язык, когда каждая невинная чеховская фраза, сказанная с эстонским акцентом, вызывает волну смеха). Обо всем этом, конечно, подробно напишут патентованные критики и критикессы (видел некоторых; с Мариной Давыдовой и Алисой Никольской поболтал, г-жа Давыдова заметила, что уже обосрала в "Известиях" "Дворянское гнездо").
Замечательные актеры - искренние, органичные и свежие.
Один девоподобный юноша (кажется, это была группа студентов-театроведов) так причудливо смеялся (их стайка сидела у стены, на приставных стульях и была видны всему залу), с такими обертонами и подвываниями, что на него в минуты жеребячьего смеха смотрели не реже, чем на сцену. Мне тоже на этой чудноватой "Чайке" было весело, и скромный Соловьев пару раз толкал меня в бок: мол, чего гогочешь?
Да, кстати, завтра я снова в театре - на "Идиота" иду!